Андреа Кейн - Замок мечты [Замок грез]

— Брэден? — Касси приподняла голову и вопросительно посмотрела на мужа.

— Что? — Он словно со стороны услышал свой голос, растерянный и слабый.

— Я говорю, ты злился на меня. Ты все еще сердишься? Невинная ирония ее вопроса заставила его улыбнуться.

— Нет, милая, я уже не сержусь. — Он прижал ее к себе и накинул на нее одеяло.

Касси уперла подбородок в его плечо и снова посмотрела на него, чуть нахмурившись.

— Но ты сердился. Почему? Брэден удивленно тряхнул головой.

— Тебя всю ночь не было дома. По-твоему, это не повод, чтобы муж рассердился?

— Нет, я не об этом. Ты ведь рассердился на меня раньше, еще во время приема. Мне нужно знать, что я сделала не так? Каким поступком вызвала твое неудовольствие?

Ее слова вызвали в нем жгучую боль и раскаяние. Он отчетливо помнил, как грубо он вел себя с Касси. И помнил почему. А она, добрая душа, винит в этом не его, а себя.

— Ты ни в чем не виновата, — сказал он, нежно поглаживая ее по щеке. — Ты была прекрасна, как я и ожидал. Это все я. Я просто не был готов… к тому, что мужчины будут оказывать тебе столько внимания.

— Неужели тебя расстроило, что я танцевала с твоими друзьями? — допытывалась Касси, все еще не понимая до конца причину той его злости.

— Да. Я ужасно ревновал тебя. Его признание изумило ее.

— Ревновал? Ох, Брэден! Но почему? С чего тебе вдруг ревновать меня к ним?

Он улыбнулся наивности ее вопроса.

— Солнышко, ты, может быть, не придаешь атому значения, но ты очень красивая женщина, — сообщил он. — Что же тут удивительного…

— Брэден, я прекрасно знаю, какая у меня внешность, перебила она его.

Брэден растерянно заморгал.

— Да… конечно. Но ты ведь спросила…

— Я понимаю, что может заставить тебя ревновать, — заявила она прямо, и он снова вспомнил ту девочку, которая три года тому назад так поразила его смелостью своих суждений. — Я не понимаю другого — почему ты ревнуешь. — Она настойчиво заглядывала ему в глаза. — Я ведь только пыталась быть любезной с гостями, как и полагается хозяйке вечера. — Мягко коснувшись его щеки, она заставила его посмотреть ей в глаза и прошептала: — Мне никто не нужен, кроме тебя.

Он накрыл ее руку своей.

— Моя милая Касси, — сказал он, целуя ее ладонь. — Тебе никогда не приходило в голову, что другие мужчины могут возжелать тебя?

Она пожала плечами:

— Ну и что? Это ничего не меняет.

— Но они могут попытаться…

— И пытались.

Брэден стиснул зубы, чувстувуя, как ярость закипает в нем.

— Кто? — процедил он.

— Разве это важно?

— Да, это важно. — Он помолчал, стараясь успокоиться. — Грант?

— Брэден, он не стоит твоего гнева. Брэден сжал ее запястье.

— Этот мерзавец прикасался к тебе? Касси поморщилась.

— Ты делаешь мне больно, — сказала она тихо, и он мгновенно выпустил ее руку. — Он поцеловал меня, — честно призналась она. — Вернее, пытался поцеловать.

Касси почувствовала, как напрягся Брэден, как сошлись в одной точке все его прошлые обиды, как горечь нового предательства заполонила его сердце.

— Я убью его, — глухо произнес он.

— Брэден. — Касси легла на него и посмотрела в его пылавшие яростью глаза. — Он не стоит этого, — заговорила она, ласково гладя его подбородок, пытаясь прикосновением унять его боль и злость. — А кроме того, — добавила она, и озорные икорки вспыхнули в ее глазах, — я не думаю, что он остался доволен моим ответом.

— То есть?

— Я указала ему на дверь, но прежде… влепила ему пощечину.

И хотя его гнев еще не улегся, Брэден не смог сдержать улыбки, когда представил, как, должно быть, был ошарашен самоуверенный красавец, получив звонкую оплеуху от этой крохи, его жены.

— Ты можешь быть спокоен, Брэден, — сказала Касси серьезно. — Я никогда не предам тебя. После того как я прогнала Гранта, я отправилась к тебе, чтобы рассказать о случившемся, но…

— Но нашла в моей постели Эбигейл, — закончил он за нее.

— Да. И совершенно обнаженную, — вспыхнув, подчеркнула Касси.

— Ясно.

Он ничего не мог поделать с собой: ему было радостно, что в его жене просыпается инстинкт собственницы.

— Полагаю, моя реакция не слишком понравилась ей, — мстительно заявила Касси.

— То есть?

— Ее я тоже наградила пощечиной.

Брэден едва не расхохотался — от изумления и восхищения, — но Касси смотрела на него серьезно и выжидательно.

Он взял ее лицо в ладони, чтобы она смогла прочесть правду в его глазах.

— Я не приглашал ее к себе постель, — тихо сказал он. — Я бы никогда не унизил тебя так. — Он помолчал, а затем сказал ей то, что ей очень хотелось услышать от него: — С того дня, как ты стала моей женой, я ни разу не был с другой женщиной.

Мне никто не нужен был, кроме тебя. А что касается Эбигейл Девон, то она больше не появится в нашем доме.

— Спасибо, — сказала Касси просто и с достоинством. Брэден погладил ее спутанные шелковистые волосы.

— Не за что, — откликнулся он, с грустью осознавая, что вовсе не пожертвовал ничем ради нее, а лишь окончательно изгнал из своей жизни то, что уже давно было отвергнуто им. Никакая другая женщина, кроме этой, не сможет удовлетворить его теперь, не сможет соответствовать стремлениям его тела и души. Он понял это давно, и уже смирился с этим, но она пока не знает этого… он до сих пор не сказал ей.

Волнение стеснило его грудь. Охваченный порывом нежности, он перекатил Касси на спину и посмотрел в ее порозовевшее лицо, в ее лучившиеся радостью глаза. Она казалась такой удовлетворенной и счастливой. Неужели это он сделал ее такой, спросил себя Брэден. И от этой мысли пьянящий восторг захлестнул его душу. Он смотрел на жену, он упивался ее красотой и счастьем, он желал бы навсегда остаться для нее единственным человеком, который может доставить ей удовольствие, который может защитить ее от жизненных невзгод и дурных людей.

Следуя за своими мыслями, он наткнулся на один вопрос, который пока оставался нерешенным для него.

— Вчера вечером ты убежала из дома разгневанная.

— Да, — подтвердила она с улыбкой.

— Скажи… почему ты вернулась?

— Потому что люблю тебя. И еще потому… что утром кое-кто помог мне понять то, чего я раньше не понимала.

— Да? — лукаво улыбнулся он. — Что же это ты поняла? И кто этот загадочный незнакомец?

Она игнорировала вторую часть вопроса, ответила только на первую.

— Я поняла, что ты беспокоишься обо мне. Раньше мне это как-то не приходило в голову.

Он нахмурился, вспомнив, какие ужасы рисовались ему ночью в воображении.

— Никогда больше не делай так. Я чуть с ума не сошел.

— М-м-м, — промурлыкала она, потираясь носом о его подбородок. — Я заметила.